Калькулятор расчета монолитного плитного фундамента тут obystroy.com
Как снять комнату в коммунальной квартире здесь
Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru

Памяти поэта Сергея Васильева ушедшего от нас в 2016 году.

О своем друге вспоминает Заведующий литературной частью Молодежного театра, поэт Валерий Белянский. 

Нас многое связывало с Сергеем: поэзия, общие знакомые, вместе переводили дагестанских поэтов, вместе собирали грибы. Сережа был завзятый грибник и чутье на эти дары природы у него было сумасшедшее. Мы шутили: «Высади его в Сахаре, он и там грибы найдет!» Раз, помню, бродили с ним под Калачом. «Улова» почти нет. Уже кончились деревья, пошла степь. Вдали какая-то низинка виднеется. Он потащил меня туда: «Стой, а то все грибы подавишь!» Действительно буквально за час мы набрали тут мешок рядовки.

Если говорить про милые странности, то Сережа очень любил звонить по ночам и читать свои стихи. Мы до того привыкли, что если он долго не звонил – этого уже не хватало. В один из многочисленных звонков он сказал: «Валера, извини, я стащил у тебя стихотворный размер».

– Размеры воровать никто не запрещал. Я сам стащил его в свое время у Шпаликова, – ответил я.

У Сергея все время возникали какие-то идеи. Как-то едем в Махачкалу на поезде, я ненароком обронил фразу: «У каждого своя железная дорога». Васильев сразу отреагировал: «О, замечательная мысль. А давайте сейчас все напишем по стихотворению, чтобы оно с нее начиналось». И мы написали. Кстати, мы друг другу столько стихов написали. Хоть книгу издавай. И Сергей до последнего носился с этой мыслью, но так и не успел ее осуществить.

В ПОЕЗДЕ МОСКВА – БАКУ, НАБЛЮДАЯ С СЕРГЕЕМ ВАСИЛЬЕВЫМ

ИЗ ОКНА КУПЕ ЗАРОСЛИ ЛОХА СЕРЕБРИСТОГО

На столе от завтрака ни крохи,

За окном произрастают лохи,

Лохи на них смотрят из окна.

В Дагестане, где-то посередке,

Выпив по бутылке местной водки,

Маемся – ни отдыха, ни сна.

 

Нитью от фрюштюка до обеда

Тянется неспешная беседа

О любви, России, о себе.

Все про неудачи да невзгоды,

Про перемещения народов,

Все, как ни крути, а о судьбе.

 

Степь да степь… Дорога, как дорога.

Словно между дьяволом и богом

Мы повисли в горькой пустоте.

Все скулим, а надо-то немного,

Ведь давно уже, скажи Серега,

Всех простил распятый на кресте.

Последние годы Сергея отличались бытовой неустроенностью, разладом в личных отношениях. Он не умел и не особо стремился устраивать свой быт. Не всякая женщина способна была выдержать его ритм жизни, его отношение к жизни и к себе. Все эти проблемы глушились стандартным российским приемом. Мне даже казалось, что его уход в алкоголь стал осознанным шагом, медленным, но верным уходом из жизни.

 

*  *  *

Сергею Васильеву

На балконе качается чье-то трико

Под февральским пронзительным ветром.

Умирать неохота, а жить – нелегко

Здесь, где каждый вопрос – без ответа.

 

Если в ранние сумерки думать о том,

Как неласковы здешние ночи,

То легко ощутить себя вдруг стариком

С вытекающим прочим.

 

Да и так залихватская эта зима

Насверлила отверстий

И свистит без гармонии и без ума

От реки до предместий.

 

Ничего, поплотнее уткнись в воротник,

Так бывает на свете.

Ты ведь знаешь об этом и даже привык

Опираться на ветер.

 

У прохожего лишь попроси огонька,

И покажется снова:

Все в порядке, пока не скудеет рука

С зажигалкой грошовой.

Жизнь без него стала горючее, опустошеннее. Сидишь в баре Дома литераторов за рюмкой чая, и все кажется, сейчас он войдет, улыбнется, слегка прищурившись, своей тихой и светлой улыбкой, присядет и заведет неспешную беседу…

 

Материал подготовлен при поддержки Волгоградского отделения Союза писателей РФ

Добавить комментарий